***Идею карнавала подарили миру итальянцы и в первую очередь венецианцы. С давних времен карнавалы здесь праздновали шумно и весело. На грандиозные театрализованные зрелища в города стекались толпы крестьян из близлежащих деревень. Да и сами горожане не сидели дома. Именно из Италии этот вид празднества с веками распространился по другим странам, дав начало знаменитым ныне южноамериканским. Но в отличие от шумного бразильского карнавала, венецианцы более сдержаны и солидны. Венецианский карнавал — Карнавал карнавалов Он самый известный и самый старинный, самый оригинальный и неожиданный: здесь царство масок и сама жизнь напоминает театральные подмостки среди каналов.***

Венецианский карнавал имеет античные корни. Ещё Доже Витале Фалиеро (властитель города) в 1094 году занёс его в официальные документы. Слово «карнавал» означает — «carnis laxatio» или «carnasciale» — отказ от мяса, религиозный Пост перед Пасхой. Но со временем строгие ограничения потеряли свою силу, и это событие превратилось в весёлый и пёстрый праздник. В 1296 году Сенат Венецианской Республики провозгласил праздничным днём последний день перед Великим Постом. Таким образом, карнавал в Венеции становится публичным праздником.
В последующие годы празднования карнавала достигли огромного масштаба. Они начинались ещё с первого воскресенья октября, продолжались до Епифании, и достигали своего расцвета в последние дни перед Постом. Весь этот длительный период многие венецианцы повсеместно носили небольшие маски — bautta, скрыв под ней своё настоящее имя. По законам Венецианской Республики подобные маски были запрещены при входе в церковь, в ночной период и во время эпидемий чумы. Но их широко употребляли в различных злачных местах — игровых и публичных домах. Нередко под ними скрывались для совершения всевозможных проказ.
Так, например декрет от 1458 года запрещает мужчинам, переодевшимся в женские наряды входить в монастыри. В августе 1608 года «Совет десяти» издал декрет, в котором говорилось о неуместности ношения маски в течение длительного периода. С этого момента маски можно было использовать только во время Карнавала или на официальных банкетах. За нарушение закона мужчины приговаривались к двум годам тюремного заключения и денежному штрафу, а женщин публично секли на площади Сан Марко с последующим изгнанием на четыре года с территории Венецианской Республики. Женщины также выплачивали штраф.
Карнавал праздновали не только богатые венецианские вельможи, давая бал-маскарады в роскошных дворцах. Простой люд также веселился на улицах и площадях. Повсеместно выступали акробаты, жонглёры, дрессированные хищники, привезённые из далёких стран. В передвижных лавках можно было купить всевозможные сладости или просто подкрепиться.
Никогда и нигде жизнь не была так похожа на театральное зрелище, как в Италии века. Что иное, как не сознание себя участником какой-то вечной комедии, разыгрываемой на улицах и площадях, в виду моря, гор и садов, заставляло итальянцев тех времен с такой страстью рядиться и с такой радостью надевать маску в дни карнавала.
В Венеции маска стала почти что государственным учреждением, одним из последних созданий этого утратившего всякий серьезный смысл государства. С первого воскресенья в октябре и до Рождества, с 6 января и до первого дня поста, в день св. Марка, в праздник Вознесения, в день выборов дожа и других должностных лиц каждому из венецианцев было позволено носить маску. В эти дни открыты театры, это карнавал, и он длится таким образом полгода. «И пока он длится, все ходят в масках, начиная с дожа и кончая последней служанкой. В маске исполняют свои дела, защищают процессы, покупают рыбу, пишут, делают визиты. В маске можно все сказать и на все осмелиться; разрешенная Республикой маска находится под ее покровительством. Маскированным можно войти всюду: в салон, в канцелярию, в монастырь, на бал, во дворец, в Ридотто.Никаких преград, никаких званий. Нет больше ни патриция в длинной мантии, ни носильщика, который целует ее край, ни шпиона, ни монахини, ни сбира, ни благородной дамы, ни инквизитора, ни фигляра, ни бедняка, ни иностранца. Нет ничего, кроме одного титула и одного существа, Sior Maschera...
Маски бродят под аркадами дворца дожей, приостанавливаясь, чтобы заглянуть в домик марионеток, или рассеянно преследуя встречных женщин. Молодая дама в домино, но с открытым лицом мимоходом протягивает руку старой гадалке и с улыбкой слушает ее привычную лесть. При выходе из полутемного дворца продавщица духов предлагает свой товар проплывающим бауттам. Компания замаскированных знатных господ заходит от нечего делать в балаган кукольного театра или в палатку шарлатана. Но вот разносится новость: в Венецию привезли великана Корнелио Маграт, и маски толпятся около нового «чуда». Художник Пьетро Лонги приходит туда же и потом рисует великана, масок вокруг него и отмечает точно дату такого великого события. После великана привозят льва, после льва — носорога, после носорога — слона. Лонги рисует и льва, и слона, и носорога.
Италия всегда была и до сих пор остается народной. Если здесь был праздник, то этот праздник был действительно для всех. Залой его была сама улица, и бальным костюмом была общая для всех баутта. Что еще важнее, всякий мог им наслаждаться, потому что умел наслаждаться. В душе самых простых людей здесь жило чувство прекрасного, врожденный аристократизм вкусов и удовольствий. Ведь только этим можно объяснить такое создание итальянского народного гения, как комедия масок.

Подготовила Лилия Басович, по материалам сайта www.carnevale.ru